Меню сайта
Форма входа
Логин:
Пароль:
Календарь новостей
Поиск
Продюсерский центр НАШ ДОМ Среда, 18.10.2017, 16:08
Приветствую Вас Гость | RSS
 
 
Главная » 2012 » Ноябрь » 5 » Интервью Л. Щербатовой с Р. Волшаниновой
Интервью Л. Щербатовой с Р. Волшаниновой
13:29
Международный журнал Русского Зарубежья «Б. В.»
№22 (57) за 2012 г.
(Совместный проект с Общественным московским телевидением).
 
Лариса Щербатова (Северная Каролина, США)
              «ПОМНИ ОБО МНЕ»
Интервью Ларисы Щербатовой с Радой Волшаниновой
Наша справка: княгиня Лариса Щербатова – вдова Председателя Русского Дворянства Америки и Канады Алексея Павловича Щербатова, соавтор книги «Право на прошлое», писатель, поэт, член Редакционного совета Международного журнала Русского Зарубежья «Б. В.», член Общественного совета Соотечественников Общественного московского телевидения.
 
           «Помни обо мне» - именно так называется новый творческий проект, созданный по инициативе ансамбля цыганской песни и танца «VIA ROMEN» и при участии Международной Академии Русской Музыки, Искусства и Культуры (IARMAC) в США, и его первый диск будет посвящен легендарной русской, цыганской певице и актрисе, ветерану сцены и, поистине, настоящей жемчужине национальной культуры – РАДЕ ВОЛШАНИНОВОЙ).
 
          Как неожиданно, порой, настигает нас Прошлое... Я и представить не могла, что просьба друга нашей семьи, Вадима Колпакова, подготовить интервью в связи с его новым проектом, вернет меня к событиям, дремавшим в памяти не одно десятилетие... Получив текст проекта по электронной почте, начала просматривать, и не могла поверить: «Неужели это та Рада Волшанинова, великолепная актриса театра «Ромэн», киноактриса и неповторимая исполнительница романсов?» Набрала полученный номер телефона и, первая же фраза: «Алло, добрый вечер», мгновенно вернула меня в те далекие студенческие 60-тые годы, когда все мы пели романсы под гитару, пытаясь подражать этому неподражаемому серебристому голосу с уникальными вибрациями, потому что... голос не изменился. Рада начала говорить, а я слушала и не слышала: в памяти уже звучало: «Я ехала домой...», «Не уезжай ты, мой голубчик», «Ехали на тройке..» Был только ГОЛОС, соединивший во мне «сейчас» и « тогда», - глубокий, страстный, проникновенный, волнующий, переходящий от щемящего шепота до взрывной силы крещендо, от тоски и страдания к восторгу всепоглощающей любви...
 
Лариса Щербатова: Добрый вечер, уважаемая Рада. Прежде всего, сообщаю, что я Ваша стойкая поклонница еще с 60-х годов, когда впервые услышала романсы в вашем исполнении.
Рада Волшанинова: Здравствуйте, Лариса. Спасибо за добрые слова. Приятно, что меня знают и помнят. Я всегда считала, что ничего не происходит в жизни случайно: и наша с Вами беседа, и все недавние события, - это провидение Господне... Мне так много хочется сказать, просто не знаю с чего начать...
Л.Щ.: Может быть начнем с Вас?
Р.В.: Нет, нет, чуть позже. Хочу начать разговор о цыганах, об этой удивительной нации. Сейчас, к сожалению, существует такая негативная тенденция обвинять цыган во всех смертных грехах как в Европе, так и в России. Вы согласитесь, что в любой нации, в любой стране, есть разные их представители. Нельзя забывать, сколько среди цыган талантливых людей, от певцов, танцоров, композиторов, до режиссеров и юристов. Актеры: Ляля Черная, Ром-Лебедев, Сантина Андреева, сестры Кононовы, Петрова, Ольга Янковская, Михаил Шишков, Васильвы, замечательный хореограф Хрусталев, виртуозные гитаристы: Орехов, Поляков, Русанов, Мелешко, Вербицкий, Морозов. Композиторы наши талантливые: Граф Иошка, Александр и Вадим Колпаковы, Калинка Волшанинова, Вячеслав Васильев, Николай и Геннадий Волшаниновы, Бузылевы, Рустам Мелимеров и многие другие...
          Столько в моей жизни встретилось потрясающе одаренных людей. Конечно, как и в любом народе, есть исключения, но, в целом, если отбросить все наносное, цыгане невероятно талантливы. Когда мы собираемся на цыганские праздники и застолья, они всегда поют, поют фантастически на несколько голосов, что, пожалуй, присуще еще только грузинам. Этому они не учились, это – талант, данный Богом. Цыгане наделены природной мудростью, накопленной поколениями в странствиях по миру, поэтому исполнение русских романсов, насыщенное особой душевной магией цыганских певцов, изменило саму сущность этих произведений, сделав их, поистине, цыганскими.
Л.Щ.: Мне кажется, немного найдется тех, кто совершенно равнодушен к искусству вашего народа. Если вспомнить, то поклонниками цыганской музыки в России были и Лев Толстой, и Александр Пушкин, Федор Достоевский...
Р.В.: Николай Некрасов, Алексей Апухтин, Эдуард Асадов и многие другие. А теперь могу перейти к тому, что произошло со мной здесь, в Майами. Это удивительный момент в моей жизни. Есть такая группа, «Via Romen» в США, ее руководитель – Вадим Колпаков. Начну с письма, выражающего все мои чувства, эмоции, ощущения по поводу случившегося. «Я бесконечно благодарна провидению за счастье снова петь. Петь с блистательными музыкантами «Via Romen», которые, сохраняя цыганский фольклор, привносят современное звучание в музыке... Песня, романс не могут прозвучать ярко, если нет истинного единения, единого дыхания с музыкальным сопровождением. Всех музыкантов группы отличает удивительная работоспособность, самозабвенная любовь к музыке, поиски нового, человеческая скромность. Я желаю ярчайшим представителям музыки, моим друзьям «Via Romen» стремительного прорыва в будущее. Работая с ними, я ощутила, что нужна еще людям. Спасибо за удивительный проект в моей жизни «ПОМНИ ОБО МНЕ».
Л.Щ.: Как возник ваш творческий союз и сам проект?
Р.В.: Тринадцать лет я живу в США. Сначала мой муж Николай, я и дочка Калинка приехали с концертами и гастролировали некоторое время по Америке, потом все постепенно затихло, хотя я могла еще петь, танцевать. И вот через столько лет, представьте, раздался звонок Вадима Колпакова с предложением записать с ним диск. Я была настолько не готова, совершенно растерялась. А он спросил: «Как у вас голос, все еще звучит?» «Вроде, звучит». Предложил по Скайпу начать репетировать. Это тоже для меня необычно: он – в Северной Каролине, я - во Флориде. Спросил: «С чего бы вы хотели начать, что бы хотели спеть?». Я подумала: у меня столько любимых романсов – и этот, и этот, и этот.. есть такие, которые во мне очень глубоко сидят, и которые бы мне хотелось просто выплеснуть. Вадим с энтузиазмом спрашивает: «Начнем репетировать?» Осторожно отвечаю: «Попробуем». Когда я услышала гитару, я плакала, потому, что так, как играет Вадим... - вы не представляете.
Л.Щ.: Отчего же, я, как раз, представляю, вся моя семья обожает игру Вадима. Услышав однажды на концерте этого виртуозного гитариста, мы пригласили его на день моего рождения. Произошло это больше пяти лет назад, и с тех пор ни одно наше мероприятие не проходит без Вадима и его гитары.
Р.В.: Начинать было все равно сложно: то звук гитары вдруг уходил, то Скайп не работал. Тем не менее, мы продолжали, и что-то начало получаться. В большей степени благодаря Вадиму: он быстро сориентировался, начал подстраиваться, чутко подхватывать мелодию. Записались, и, правда, хорошо зазвучало. Вадим в меня, вероятно, поверил. После этого приехали музыканты «Via Romen»: Аркадий Гипс, Алекс Городецкий и Вадим, и мы пошли на студию. Ну, что вам сказать, дорогая, у меня обычно проблемы со спиной, но как только я услышала первые звуки гитар и скрипки, забыла обо всех своих проблемах, о своем возрасте. Я стояла на сцене по шесть часов, как струна, с великой радостью и благодарностью Богу и участникам группы, за то, что они рядом, такие талантливые, замечательные, за то, что я пою. Хочу сказать отдельно о каждом музыканте группы «Via Romen». Руководитель....
Л.Щ.: Давайте, все-таки поговорим о вас. Может быть начнем традиционно: с детства, откуда, как справедливо отмечают, «мы все родом?»
Р.В.: Детство мое было интересное, необычное. Есть такие моменты в памяти, которые остаются навсегда. Их у меня немного, но очень глубоко во мне и невероятно дороги. Родилась я в Москве. Жили мы в типичной коммунальной квартире. В одной комнате я с мамой, а в остальных жила русская семья из трех сестер и мужа одной из них, которые меня фактически воспитали. Для меня эти сестры были моими тетями.
Л.Щ.: Вы из актерской семьи?
Р.В.: Мама моя, известная актриса – цыганка, Вера Золоторева. Красивая, бескомпромиссная, немного строптивая, но человек очень интересный. Великолепно пела и танцевала. Работала она в ресторанах, где в то время цыгане были востребованы. Ее называли неистовой танцовщицей. Она меня часто брала с собой. Обычно, я засыпала за кулисами под столом. И вот помню, однажды, мне было примерно пять лет, я услышала как она запела свою любимую песню «На степи Молдаванские...», мне захотелось на нее посмотреть, а в этот момент она зажигательно танцевала и великолепно била плечами – «бисером» – они у нее были редкой красоты. И что вы думаете, кровь-то она не водица, я выскочила на сцену и давай танцевать. Представляете, пятилетняя девочка в кудряшках – локоны. Зрители стали мне подхлопывать, были в восторге (заливисто смеется своим серебристым смехом). Я тогда, помню, получила коробку конфет и была такая счастливая.
Л.Щ.: И вы начали выступать вместе? Мне представляется это очень симпатичным. Р.В.: Не думаю, что маме мое вторжение на сцену понравилось, она стала часто оставлять меня дома одну. Тети: Лида, Варя и Маня были невероятно добрыми, за меня переживали – маленькая девочка, одна. Но, тем не менее, у меня уже были свои обязанности: до прихода мамы убрать комнату и еще ходить с огромным бидоном за керосином в керосиновую лавку. За это меня прозвали Козетта, в честь персонажа «Отверженные» Виктора Гюго. Даже сейчас помню эту тяжесть и запах керосина. Тети пытались меня подкормить: жили мы с мамой не очень хорошо. Но однажды, я решила сама себе приготовить еду на керосинке. И случился пожар – загорелось все. Я очень испугалась и бросилась к тетям, к счастью, они смогли потушить огонь, но никогда меня не ругали. Жизнь моя была, в общем, вот такая, и все на глазах у этих людей.
Л.Щ.: Они не пытались поговорить с вашей мамой, посоветовать устроить вас в детский сад, например?
Р.В.: Они очень деликатные люди, старались не вмешиваться в чужую ситуацию, да и мама была все время занята. Потом случилась война и мы, как все, бежали в бомбоубежище, слушали ледяной и красивый голос Левитана: «Граждане - воздушная тревога». Запомнилось, как прятались в метро; эти огромные страшные проходы, уходящие вдаль, в темный туннель. По бокам – люди с плачущими детьми; очень ярко вижу эту тяжелую, мрачную обстановку. Отбой; я возвращалась домой одна. Мама приходила только поздно ночью, будила меня обязательно и давала шоколадные конфеты. А мне смертельно хотелось спать, какие конфеты... И вот так мы жили, пока не случилось так, что я осталась совсем одна. Мама не могла меня растить, уехала. Вместе с ее отъездом закончилась часть моего детства.
Л.Щ.: У вас не было родственников, готовых забрать вас в свою семью?
Р.В.: Были, но мне не хотелось уезжать из нашей комнаты, думала, что я уже достаточно взрослая, да и возвращения мамы ждала. Мама начала приезжать ко мне после почти десятилетнего отсутствия. И каждый раз мы с ней часами пели на два голоса русские, цыганские таборные песни и романсы. Это было такое счастливое время. Однажды она с восторгом объявила, что слушала по радио романс Глинки «Не искушай» и запомнила сложнейшую вторую партию. В тот вечер мы пели его вдвоем, с тех пор он всегда в моей душе. Однажды, уже после ее отъезда, я, шестилетняя, вышла в коридор и случайно услышала разговор о том, что меня хотят отдать в детдом. Потом тетя мне рассказывала, как я подошла и дрожащими губами спросила: «Неужели вы меня отдадите?»
        И они не выдержали, оставили у себя. Были они люди старой закалки со своими традициями, устоями, очень дружные: скажем, если кого-то из них еще не было дома, ни за что не сядут за стол пока не соберется вся семья. Сейчас, вспоминая этих благородных людей, понимаю как многим я обязана им, даже в формировании собственного характера. Эти, совсем не богатые, но, по-своему, гордые люди сообща старались сделать все, чтобы я не чувствовала себя ущемленной, не выглядела хуже других детей. Если намечался какой-то праздник, одна из сестер ночами кроила и шила, и когда я просыпалась утром, на плечиках в моей комнате висело новое платьице. В семь лет тети меня привели в школу.
         Первая учительница, Валентина Ивановна, в первый же день спросила, кто что умеет делать, и я сказала, что могу цыганский танец станцевать. Выйдя в центр, под свое ля-ля-ля, счастливая и радостная самозабвенно танцевала. (Смеется заливисто, словно колокольчик) Учительница и дети были в восторге, а я стала известна в школе как танцовщица. Это был мой первый класс и... первый самостоятельный дебют. Потом годы учебы. Я закончила, десятилетку, и тети очень не хотели, чтобы я стала актрисой. Л.Щ.: Вы делились с ними вашими планами на будущее?
Р.В.: Да, пыталась, но они не принимали это всерьез. А я сходила с ума по театру. Помню смотрела фильм «Бесприданница» с Алисовой. Мечтала, когда мне было еще лет семь - восемь, сыграть роль Ларисы. Через всю жизнь я пронесла эту мечту. Занимаясь в театре-студии Докутовича, я репетировала главную роль в «Бесприданнице». Финальную сцену спектакля, где Карандышев убивает Ларису, мы даже показали на концерте в Кремлевском Дворце Съездов. Но вот сам спектакль так и не был поставлен. Студия, не долго просуществовав, закрылась. А жаль. С тетями я перестала говорить о своей мечте стать актрисой, не могла перед ними петь и чувствовала себя подавленной. Но вне дома все время пела, копировала известных певиц: Лидию Русланову, Клавдию Шульженко.
Л.Щ.: Вы не стали поступать в театральный институт, не решаясь ослушаться тетей или не были все-таки уверены в том, что у вас настоящий талант?
Р.В.: Наверное, еще не была готова резко изменить свою жизнь. В конце концов, они меня убедили пойти работать корректором в издательство газеты «Правда». Тогда мне было лет семнадцать - восемнадцать. Я окончила корректорские курсы и получила там высший разряд. Но в перерывах мы всем коллективом, под моим руководством, пели романсы. А директор, если появлялась, говорила: «Вы работаете не по специальности, вам нужно менять профессию». Так оно, в результате, и случилось. Мой дядя, брат мамы, Арсений Золотарев, жил недалеко от станции метро «Аэропорт», в «Зыково», в то время там было много цыганских семей. Я часто к нему ездила и просила играть на гитаре. Боже, что творилось в моей душе, я могла слушать часами, доводила его до безумия, умоляя играть еще и еще. Однажды к нему зашел директор цыганского ансамбля Волшаниновых Саид Асманов и, услышав мое пение, предложил попробовать себя на сцене.
Л.Щ.: Не напрасно говорят, что судьба сама находит к нам пути.
Р.В.: Совершенно верно. Надо сказать, что в этот период были популярными фильмы: аргентинский «Возраст любви» с Лолитой Торрес, который я смотрела бессчетное количество раз, и индийский фильм «Бродяга» с Раджем Капуром. Я обожала Лолиту и еще в корректорской выучила на испанском языке слова всех ее песен. Я была такая же изящная, сделала похожую прическу, платье, словом полностью ее копировала; многие находили мое внешнее с ней сходство. Кроме того, я помнила мамины песни, и, решив изменить свою жизнь, с таким вот багажом, отправилась в этот ансамбль, которым руководил отец Коли, моего будущего мужа. Там были его братья, великолепные гитаристы, Костя и Виктор, сестры, племянники, племянницы, словом вся семья, такие талантливые, красивые. Коля тогда был ведущим исполнителем и пел песни из «Бродяги», также во всем подражая Раджу Капуру. Успех был ошеломительный. Мне казалось все сном наяву: это было то, о чем я мечтала, к чему так долго стремилась. Л.Щ.: Как отреагировали тети на Ваше решение?
Р.В.: Тети мои, конечно, были против, но простили, поняли, что останавливать меня бесполезно. К сожалению, я не намеренно, конечно, огорчила их во второй раз в жизни.
Л.Щ.: И как же это случилось?
Р.В.: Так, сейчас расскажу. Я уже выступала с ансамблем Волшаниновых. На каком-то из концертов один гитарист - это был Коля, отделился от группы музыкантов, подошел ко мне с гитарой и начал проникновенно играть так, словно пытался выразить нечто, предназначенное лишь для меня. И это стало началом нашего романа. Окончательно он меня подкупил своей щедростью, добротой, уменьем удивлять. Когда мы были на гастролях в Алма-Ате, гуляя, проходили мимо цветочного ларька, он скупил все имевшиеся в продаже тюльпаны и преподнес мне. Представьте: вечер.... тепло... красиво, огромный букет в руках, так романтично. Потом, согласно цыганскому обычаю, он меня украл, с моего согласия, разумеется, мы убегали, родственники и друзья пытались нас догнать.
         На поезде вдвоем мы уехали в другой город, потом по традиционному сценарию должны вернуться, поклониться в ноги, сказать, что мы муж и жена и т.д. Тети мои были в очередном шоке, поскольку за мной ухаживали серьезные, состоятельные люди, которых они мне прочили в мужья. Словом, в очередной раз я не оправдала их надежд. Но для меня любовь в жизни - это главное, так и детей я своих учила. Потом мы поехали к родителям мужа в Брянск, мама его постелила ковер прямо в коридоре, мы прошли по нему, встали на колени, она благословила нас иконой.
Л.Щ.: Тогда и сложился на многие годы дуэт Рада и Николай Волшаниновы?
Р.В.: Да, с тех пор мы, фактически, не расставались: активно гастролировали по большим и малым российским городам. Условия чаше всего были очень плохими: жуткие гостиницы, бeздoрoжьe, разбитые стекла в нетопленых Домах культуры, холод, сквозняки. Вскоре родилась первая дочь Нелли, которую мы возили с собой. Помню у меня была большого размера шуба, я заворачивала дочку в нее и, так, зимой, в холод мы переезжали из города в город. А пока шел концерт, Нелли спала в чемодане за кулисами, и мы по очереди бегали проверить ее, покормить. Как-то раз, Коля после очередного кормления вышел петь, а из кармана торчит соска на бутылочке, вот это были аплодисменты и хохот, конечно. В общем, было нам не просто, но молодость и любимое дело помогали переносить все тяготы. Когда дочка подросла, стало легче. Неудивительно, что Нелли, с рождения «вкусившая» актерской жизни, пошла по стопам родителей: окончила театральное училище им. Вахтангова, играла на сцене, снялась во многих фильмах. А пока я старалась расширить свой репертуар, добавила песни еще одного своего кумира, прекрасной певицы и актрисы, Клавдии Щульженко.
Л.Щ.: Вы были с ней лично знакомы?
Р.В.: Уже во время моей работы в театре «Ромэн» она приходила ко мне за кулисы, посещала мои спектакли, концерты, благодарила за игру и пение. А муж ее, композитор и продюсер, Коралли, стал поклонником моего творчества, носил цветы, целые корзины роз. На одном из концертов, когда мы исполняли песни народов мира, нас увидел и пригласил к себе музыкальный руководитель джазового коллектива из Кишинева, Шико Аранов. Там я впервые попробовала петь джаз. Это было очень интересно - бразильские, мексиканские, итальянские, и, конечно, молдавские и румынские песни. Л.Щ.: Судьба, поистине, к Вам благосклонна, Рада.
Р.В.: Это верно. Я считаю, мне очень повезло, что я не замкнулась в начале карьеры на цыганском репертуаре и шлягерах. Может, не будь этого, мне труднее было бы раскрыться позже в театре и в исполнении романсов. Итак, с 1956по1959 мы с Колей работали в молдавском джазе. Я записывала слова на слух и, копируя интонации, нахально пела на всех языках. Это было прекрасное время. Мы уже стали популярными, обо мне писали газеты, чуть ли не восходящая звезда джаза и прочее. Но вдруг заболела моя дочь Нелличка, которую мы оставили в Москве с моими тетями. Получив от них телеграмму, я без долгих размышлений, сорвав все гастроли и в Молдавии, и предстоящие в Германии, вылетела в Москву первым же рейсом. Так закончилась моя джазовая карьера.
Л.Щ.: А когда и как Вы стали актрисой театра «Ромэн»?
Р.В.: Приближаюсь к этому моменту. Во время одного из концертов нас услышал Семен Аркадьевич Баркан, режиссер театра «Ромэн» и, в1961 году, он предложил нам принять участие в качестве главных ведущих на большом фестивале Цыганской культуры, на который приехали цыганские исполнители со всех городов. Мы с Колей изображали, помнится, жениха и невесту. После окончания фестиваля, Баркан пригласил нас работать в театре. Можете себе представить, что это для меня значило: сбывались мои самые смелые мечты. Николай не очень хотел быть актером, он больше тяготел к эстраде, но пошел ради меня, хотя зарплата была такая маленькая. И вскоре, мы оба стали ведущими актерами и сыграли в паре во многих репертуарных постановках. Мне сразу предложили главную роль в «Цыганке Азе». Волновалась, репетировала, буквально, с утра до ночи. Премьера прошла с успехом. Потом за годы работы в театре я переиграла, практически, всех главных героинь, но та, самая первая роль, так навсегда и осталась главной.
Л.Щ.: А названия спектаклей по памяти, наверное, трудно перечислить, список слишком длинный?
Р.В.: Уверена, что все вспомню. Первым спектаклем был: «Цыганка Аза», потом «Цыганская легенда», «Горячая кровь», «Песня на рассвете», «Соловьиный сад», «Сломанный кнут», «У дороги». В спектакле «Лачи» я сыграла с Лялей Черной, выдающейся, легендарной актрисой, подругой моей мамы. У меня была роль индийской танцовщицы и певицы, я танцевала на бочке индийский танец с бубенцами на ногах. Потом были спектакли: «Цыган», «О чем пела скрипка», «Плясунья», «За дружеской беседою», «Грушенька», «Когда догорают костры», «Сын мадонны». В спектакле «Мужчины в воскресенье» я пела две песни на французском языке. Композитор Богословский, пришедший в театр этим вечером, предложил записать их на пластинку, но, к сожалению, из-за занятости в репертуаре театра у меня не нашлось на это времени.
        Последний спектакль, в котором я сыграла до рождения второй дочери, Калинки, был «Золотая перина». На него пришел космонавт Волков с супругой и, в благодарность за нашу игру, подарил нам бутылку коньяка с предложением выпить ее в 50 лет. Все спектакли мы играли вместе с Колей. Для меня это было самое счастливое время. Приятно вспоминать, что были настоящие поклонники моего творчества: известный летчик Громов, один генерал из Грузии вместе со своим адъютантом прилетал на каждый мой спектакль «Цыганка Аза», не пропустили ни одного. Нас постоянно приглашали члены правительства, и, конечно, Брежнев Леонид Ильич. Однажды во время наших гастролей в городе Кемь, в Карелии, помню, Промыслов, работник Моссовета, послал за нами специальный самолет, чтобы мы срочно выступили на военном празднике в Колонном зале.
Л.Щ.: А были какие-то неординарные встречи с интересными людьми?
Р.В.: Да, конечно. Вот, скажем, когда Маргарет Тэтчер приехала в Советский Союз, нам позвонили из министерства культуры, сказали, что она, оказывается, давняя наша поклонница, спрашивает разрешения прийти в гости. Мы с Колей любим гостей. Конечно, приняли и миссис Тэтчер. Познакомились, спели. Ей все понравилось: и как принимали, и как пели, и обстановка, и квартира. Не могли мы ей только сказать, что и обстановка, и квартира у нас гораздо скромнее, а в эту нас на один день определил то ли Минкульт, то ли КГБ. А может, она и сама догадалась. Еще незабываемая история.
         В Москву приехал известный французский импрессарио, Бруно Кокатрис, и пригласил нас выступить в самом известном концертном зале Европы, парижской «Олимпии». Наши давние друзья Володя Высоцкий и Марина Влади привезли нас и Бруно на дачу. Марина с энтузиазмом переводила: «Бруно хочет пригласить вас на несколько концертов в «Олимпию». Он вас очень любит и ценит. И вообще, в Париже вас знают и ждут». А от себя добавила: «Ребята, не раздумывайте, потрясающий контракт и условия». Конечно, очень хочется выступить в ”Олимпии”, но у нас на руках маленькая Калинка, куда с ней. «Боюсь, что мы не сможем», - извиняюсь я. Кокатрис сбрасывает пепел сигары почему-то себе на плечо, удивленно слушая перевод Марины: «У вас там будут все условия: лучший номер в отеле, лимузин, к ребенку будет приставлена няня». «Нет-нет, я не смогу доверить своего ребенка чужому человеку». И мы остались.
        После рождения дочери, Коля из театра ушел, я продержалась еще четыре года и тоже решила оставить «Ромэн». Ника, моя внучка, единственная из семьи, вместе с мужем работает в театре «Ромэн», играет ведущие роли.
Л.Щ.: Из театра Вы ушли собственному желанию? Или были причины для ухода?
Р.В.: Да, были, но вспоминать о негативных моментах я не люблю. Приведу один эпизод. Когда мы с Колей были на пике популярности, снимался фильм по драматургии Рома-Лебедева, к участию были приглашены все-все цыгане, отовсюду.... кроме нас.... Я была в шоке, не понимала что происходит, но таких моментов и в кино, и на телевидении потом было много. Дело прошлое, забудем...
Л.Щ.: Нет худа без добра, что называется?
Р.В.: Совершенно верно. Почти сразу мы начали работать от Росконцерта и много ездили за рубеж: Франция, Германия, Италия, Испания, Польша, Чехословакия. Фестиваль в Югославии в 1984 году, 2001 - 2003 – фестиваль Культуры в США «Ориенталия», Цыганский фестиваль в Греции. Вообще, после первых гастролей в Югославии, мы продолжали работать в этой стране на протяжении многих лет. Известный певец, Джордже Марьянович, постоянно приглашал нас с сольными концертами, с его музыкальным коллективом. Когда сам приезжал к нам, выступал в «Лужниках», где мы обычно сидели с Колей в первом ряду, спускался в зал и, встав передо мной на колени, пел свою коронную «Три года ты мне снилась». Вы будете смеяться, когда я скажу, что клаксон его машины вместо гудка выводил мелодию романса «Я ехала домой». Вот такой оригинал был наш друг и мой поклонник. За годы работы в Росконцерте мы объездили весь мир. Наверное, легче назвать страну, в которой не были.
Л.Щ.: Мне казалось, что выезд за рубеж всегда был связан с массой проблем, трудностей и разного рода проволочек…
Р.В.: Да, первая поездка в Польшу с Людмилой Гурченко и Олегом Онуфриевым в 1963-м году, действительно, имела сложности в процессе подготовки. Времена были тяжелые, с перегибами: к иностранцам не подходить, не разговаривать и т.п. А потом уже было проще.
Л.Щ.: По-видимому, первые гастроли прошли успешно и, кроме того, Вы зарекомендовали себя как благонадежные советские граждане?
Р.В.: Наверное. Забавная случилась история в эту первую поездку с Ленинградским мюзик-холлом. Премьера. Мы выходим на сцену, начинаем петь и вдруг у Колиной гитары лопается струна. Он продолжает играть на остальных шести. Вскоре лопается вторая, а за ней - третья. Зал замер. В этот момент гаснет свет. Стоим в полной темноте. На наше счастье девочки из кордебалета зажгли свои свечи, приготовленные для следующего номера, и вышли, окружив нас. Коля перевернул гитару, я запела, а он, постукивая ладонями, аккомпанировал. Боялись провала, а был полный успех.
Л.Щ.: Гастрольные поездки Вам планировали в Росконцерте или вы сами им предлагали программу?
Р.В.: 1988-90 годы: в основном – плановые, но мы могли предлагать, если имели личные приглашения. Помню, однажды, буквально, врывается к нам домой на Калининском проспекте (мы тогда уже получили там квартиру) наш приятель, композитор Слава Граховский. Он написал много музыки для театра, к моим спектаклям, помните его знаменитую «Венгерку», мелодию к Грушеньке. И вот Слава кричит, что называется, с порога: « Симфонический оркестр Густава Брома приглашает вас в Братиславу записать альбом. Выезд срочный». Представляете, один из лучших оркестров Европы! А я лежу в постели с высоченной температурой и двусторонней пневмонией. Куда там петь, говорить не могу. «Да, - опечалился Слава, - упустить такой шанс...» Коля уже намеревался ехать один, но я мужественно собралась, села в поезд, хотя и было тяжело, но.... через день мы были в Братиславе. (Прелестный колокольчик смеха).        
           Густав Бром повез меня к лучшим врачам. Они предупредили: «Мы не можем нести ответственность за ее здоровье. При такой форме воспаления легких и температуре 40 градусов у нее могут разорваться бронхи». Я подписала бумагу, что отвечаю за себя сама. Репетировали в студии по 10-12 часов. Записывали мой шепот, но с эмоциями, вздохами, движением, чтобы впоследствии наложить звук. У Славы Граховского, большого и здорового мужчины, прямо в студии был обморок, до такой степени он нервничал. И все-таки диски мы записали. И даже позднее дали сольный концерт, перед началом которого я предупредила Колю, если не смогу в какой-то момент уже даже говорить, тихо-красиво уйду со сцены, а ты продолжишь, но, вы не поверите, когда зазвучала музыка, я забыла обо всем, словно на втором дыхании, я запела.
Л.Щ.: Я согласна, что наши внутренние резервы, практически, неисчерпаемы, но риск был невероятный.
Р.В.: Совершенно верно, риск был невероятный, однако, без риска жить нельзя. Еще один интересный опыт мы получили тогда в Братиславе. С оркестром народных инструментов «Говорки» записали на диск разные по стилю произведения: фольклорные песни, городские и цыганские романсы, песни шатра и костра. Оркестр был потрясающий.
Л.Щ.: А есть у Вас особенные, любимые места, коль скоро, вы столько путешествовали? Р.В.: Помимо Югославии, где в один из приездов, мы зашли в кафе и были несказанно удивлены, услышав как гитаристы наигрывали наши песни, мы чаще всего приезжали во Францию. Там, к не меньшему моему удивлению, в ресторанах ставили уже мою пластинку, благодаря чему появилась некая душевная близость с этой страной. Что касается России, то один из самых любимых наших с Колей городов - Новосибирск. Объяснить не могу, но нигде нас не принимали так восторженно, как там. Забавно, правда? Ах, вспомнила один, действительно, забавный случай.
        Однажды нас повезли выступать из Москвы за город. А у нас была рыженькая, маленькая, хорошенькая такая собачка, Тимка, которую мы иногда брали с собой. Перед концертом ее привязали, но, похоже, недостаточно надежно. Я вдохновенно исполняю романс Беранже «Нищая». Чувствую, что зал замер, оглядываюсь, а возле меня сидит Тимка и подвывает мне. Я допела романс, а зрители тактично слушали, словно все так и должно быть. Потом только все начали хохотать и безудержно аплодировать. А на одном выступлении мы сами хохотали вместе с Колей прямо на сцене. Начали петь песню «Хорош мальчик», спели первый куплет и оба не помним слов дальше, смотрим друг на друга, повторяем первый куплет снова и начинаем смеяться, так спели четыре куплета, хохоча до слез, почти истерично. (Поет, хохоча)
        Хорошо, что песня была задорная, веселая сама по себе, это в какой-то степени оправдывало нашу манеру исполнения. Бывает же такое...
Л.Щ.: Насколько я помню, помимо гастролей, Вы еще успевали сниматься в кино. Как вам это удавалось?
Р.В.: Это правда, график был напряженным. В 60-х годах меня начали приглашать на съемки. Самый первый мой фильм был телеспектакль «Трефовый король» – незатейливый, тем не менее, очень смешной черно-белый, но на него было столько заявок, вы не поверите. Помню, мы приехали в Узбекистан, там, на рынке мне кричали вслед: «тетя Стеша, тетя Стеша...» В этом фильме я впервые спела романсы: «Я ехала домой», «Не уезжай, ты мой голубчик», а главную роль - Трефового короля исполнял мой дядя, Сергей Золотарев. Потом были фильмы: «Война и мир», «Опасные гастроли», «Братья Карамазовы», Земфира с народным артистом России Марковым в телевизионном фильме-спектакле «Цыганы» по Пушкину, «Табор уходит в небо», в нем Коля сыграл друга Ллойко Забара и дублировал цыганские песни, старшая дочь, Нелли - Русалина, его сестра.
          Музыкальный фильм «Встреча с табором» создавался в Чехословакии о нас с Колей. В съемках участвовали, кроме меня и мужа, Нелли и внучка Настенька, а младшая дочка, Калинка, играла главную роль. Калинка - человек, наделенный многими талантами: поет, танцует восточные и цыганские танцы, прекрасно рисует, ее картины находятся в ряде галерей, она член союза Художников России, ведет арткласс, пишет стихи и рассказы на профессиональном уровне, композитор, изучает и преподает цыганскую культуру и танец. Внучка, Настенька была фотомоделью у Вячеслава Зайцева, окончила школу МХАТ. Настя - блестящая драматическая и комедийная актриса театра «Современник»
Л.Щ.: Сколько же у Вас детей, Рада?
Р.В.: Я - счастливый человек, Лариса, у меня двое детей, пятеро внуков и четверо правнуков. Все очень красивы, с богатым внутренним миром, музыкальны и талантливы, добрые, отзывчивые. Последние тринадцать лет я живу вместе с Калинкой и ее дочкой Дельфиночкой во Флориде, как обычная бабушка занимаюсь внучкой. Дельфиночка – неординарно мыслящий, глубокий человек, великолепно рисует, также, как мама, танцует цыганские и восточные танцы, поет на четырех языках эстрадные, цыганские песни. Я уверена, что она будет актрисой, певицей, ей для этого природа дала очень много, помимо красоты.
         
         А теперь, наконец, я скажу о группе «Via Romen». Руководитель – Вадим Колпаков обладает удивительными качествами, которыми наградила его цыганская природа: гениальный гитарист, певец и танцор. Природная мудрость, понимание происходящего, и во всем этом – душа, сердце, цыганское сердце, способное понять, простить, и если надо – броситься с помощью. А что касается его таланта гитариста – это отточенное мастерство, проникновение в песню, цыганская душа в гитаре. Его гитара умеет плакать и смеяться. Непревзойденный музыкант, который умеет придать фольклору современное звучание. Его отличают артистичность, работоспособность и скромность.
        Александр Городецкий - гитарист-шестиструнник, композитор. Они не случайно работают вместе, потому, что судьба объединила их не только по таланту, но и по человеческим качествам. Это добрый, с искрящимся юмором, талантливый композитор, вносящий новые краски в музыку, которую «Via Romen» представляет. Послушаешь его композиции, и становится ясно: это человек влюбленный в музыку, несущий на сцену фантастическую палитру красок.
         Аркадий Гипс - необыкновенно талантливый скрипач. Скрипка его разговаривает тысячью музыкальными нюансами, которые не успеваешь улавливать. Сумасшедшая техника, музыкальное чутье и удивительное слияние с инструментами на сцене. Очень артистичен, чуток к исполнителю. Аркадий – выдающийся скрипач.
        Мне, также, удалось познакомиться с замечательным пианистом, Эрнестом Штейнбергом, и прекрасной певицей, Светланой Портнянской, когда они все были на гастролях в Майами. Все вместе они: актеры, музыканты, несущие счастье и радость людям.
Л.Щ.: Не могу с Вами не согласиться, Рада: «Via Romen», действительно, замечательная группа.
Р.В.: Звонок Вадима, словно, пробудил меня ото сна, позволил увидеть себя со стороны: живя в райском уголке планеты без возможности петь, душа моя терзалась Адом, который я не осозновала. Вот выдержка из стихотворения, красноречиво выражающая мои чувства после встречи с музыкантами «Via Romen».
 «........это - Рай,
Это – мой Ад в Раю...
Вы дали мне крылья,
- Я вновь пою!
В полете не страшно разбиться,
Мне б только успеть
Мою песню, быть может,
Последнюю песню допеть!»
         Вот такое произошло со мной чудо – встреча с потрясающими музыкантами. Первый романс, который я хотела записать, я его много пела, однако, по прошествии лет подзабылись слова, но назывался он «Помни обо мне». И вдруг Вадим сказал: «Вот так мы и назовем наш проект и диск».
Л.Щ.: По-моему, замечательное название для этого проекта. Благодарю вас, Рада, за ваше время, я знаю, что у вас сейчас не самые легкие времена, но верю, что с вашей энергией, оптимизмом и неувядающим голосом творческий проект будет успешным, и мы вновь сможем наслаждаться вашим пением. Желаю вам второго дыхания на десятилетия.
Р.В.: Одну минуточку... Милая моя, Лариса, несмотря на ваше сопротивление, прошу поместить эти мои слова о вас. Лариса, за время общения вы мне стали очень близки, словно я вас давно-давно знаю. Я почувствовала вашу трепетную душу, ваше сердце, искренность. Вы чуткий человек, поэтому смогли раскрыть меня, заставить говорить о сокровенном, забытом. Я бесконечно благодарна вам за все. Желаю вам, дорогая, счастья и всего самого лучшего. Не хочу с вами расставаться и прошу вас, – помни обо мне. Слышите, Лариса – «Помни обо мне!» (И вновь эта россыпь серебристого смеха).
 
            Разговор закончился, но в комнате еще долго ощущались вибрации счастья, которые излучал голос Рады, выплескиваясь из самых душевных глубин. Как печально, что мы забываем тех, кого любили, кто дарил нам неповторимые минуты радости, восторга.
 
       С информацией о проекте можно ознакомится на сайте: www.ViaRomen.com в разделе "Projects”. (Информация о проекте будет обновляться). Первый трек (незаконченная аудиозапись, которая будет на диске гр. «Via Romen» с Радой "Помни обо мне...") можно послушать там же. Приглашаем всех желающих участвовать в этом грандиозном проекте, по мере своих возможностей.
 
Просмотров: 1439 | Добавил: nash-dom
Друзья сайта





МЕЖДУНАРОДНЫЙ
МУЗЫКАЛЬНЫЙ ПРОЕКТ
С ЛЮБОВЬЮ К РОССИИ



Форум Сергея Кузнецова


Светлана Григорьева и Алексей Зыков


Геннадий Супонецкий
Геннадий Супонецкий


Александр ЖУРБИН


Форум Сергея Кузнецова




Вышел в свет новый номер
Международного журнала Русского Зарубежья
«Большой Вашингтон»
№16(51) за 2009 год
Приобрести его, как и предыдущие номера можно в магазине при Доме Русского Зарубежья им. Александра Солженицына
Адрес: ул. Нижняя Радищевская, д. 2.
Проезд: ст. м. «Таганская» (кольцевая)


Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
Copyright MyCorp © 2017